Вы здесь

Шилова Т.Ю. в программе «Медицинский менеджмент» (Тема: «Лазерная коррекция зрения — мифы и реальность, какая технология лучше?»)

— Вечер добрый, дорогие друзья. С вами Муслим Муслимов на канале Медиаметрикс в программе «Медицинский менеджмент». Тема нашей программы «Ясный взгляд на жизнь. Мифы и реальность лазерной коррекции зрения». В гостях у меня Шилова Татьяна Юрьевна – профессор, главный врач Клиники доктора Шиловой. Она доктор медицинских наук, специалист в области лазерной коррекции зрения методом ReLEx SMILE. Здравствуйте.

— Здравствуйте.

— Я знаю, что график у Вас достаточно плотный. Спасибо, что удалось найти время поделиться мнением о современной офтальмологии. Вы на моих эфирах первый специалист из врачей-офтальмологов. Хотя эта специальность очень важна, ведь один из органов чувств – это зрение, которыми мы каждый день смотрим на жизнь. И ясный взгляд на жизнь — это основополагающий момент, особенно в наше непростое время. И мой вопрос лежит в рамках трендов здравоохранения, он традиционный на наших передачах. Хотел бы у вас узнать, какие новые методики и тренды в офтальмологии Вы видите? Как пациенты реагируют на решение об операции? Ведь орган зрения, он такой, я бы сказал, больше, чем интимный, а люди подвержены фобиям. Так в чем же тренд офтальмологии?

— Здравствуйте, дорогие радиослушатели. Я хотела бы сказать, что офтальмология, конечно, является частью хирургической специальности. Поэтому все, что на сегодняшний день связано с современными трендами в офтальмологии, это прежде всего персонализация хирургии. Мы стремимся к тому, чтобы выбранный метод коррекции, как лечения, был индивидуален и был бы лучшим для этого конкретного пациента.

Второй момент – это микроинвазивность вмешательства. То есть очень важно в хирургии, чтобы было повреждено как можно меньше тканей.

— В любой хирургии?

— Да безусловно, в любой хирургии. Ведь чем меньше мы повреждаем, добиваясь необходимого эффекта, тем лучше результат получаем.

Еще тренд – информационные технологии. Далее идет превентивная медицина. Медицина для творческого и активного долголетия (профилактика возрастных заболеваний). Медицина и спорт, ну и так далее. Также мы активно следуем направлениям, которые нам задает наше здравоохранение, и программе, определенной нашим президентом.

— Вы ведь представляете частное здравоохранение?

— Совершенно верно, сеть частных клиник.

— Как Вы считаете, насколько отличается взаимодействие с пациентопотоком в частных и государственных клиниках?

— Я, наверное, выражу свое мнение, и скажу, что мне не хотелось бы, чтобы такие различия существовали. Я всегда пациентам говорю, что разницы нет, находитесь вы в бюджетном учреждении или частном. То есть, качество медицины должно быть одинаковым.

Наверное, отличаются сроки оказания помощи. Ведь когда человек приходит в частную клинику, то он может получить необходимую услугу значительно быстрее и, чаще всего, в более полном объеме. Ведь в частных клиниках обычно сконцентрировано все самое современное оборудование.

— Если говорить об оборудовании, то возникает следующий вопрос. Есть ли вообще отечественные аналоги тому оборудованию, на котором выполняется лазерная коррекция. И можно ли ее вообще назвать лазерной?

— В плане технического оснащения для лазерной коррекции, имеющемуся зарубежному оборудованию, безусловно, конкурентов нет. Можно говорить обратное, но на самом деле, это не так. К сожалению, технологически российская медицина не может предложить даже близко ничего именно в плане оборудования. То есть, имеющееся у нас оборудование все зарубежное, и soft, и hard оснащение.

Но если говорить о каких-то инструментах, например, каких-то интересных наработках, методиках и о творческом подходе к методологическому использованию, то наши на высоте.

Если говорить, например, о США, то там медицина ограничивается сертификацией каждого метода. А мы имеем возможность получить лицензию на оборудование и потом использовать его со всем творческим потенциалом. Таким образом, в плане использования методики у нас шире спектр услуг, но в плане самого оборудования – нет.

— Скажите, вы уже упоминали о системе или способе ReLEx SMILE. Что это такое, как его непосредственно применяют и в чем его полюсы?

— Ну, поскольку наша передача касается восстановления зрения и самых современных технологий в офтальмологии, я, пожалуй, нарушу «обет молчания» на Ваших эфирах и расскажу об этой методике.

Она очень широко распространена в мире. Это то, о чем сейчас очень много говорят во всех зарубежных офтальмологических изданиях. И количество центров, оказывающих эту услугу, растет в геометрической прогрессии. Методика заключается в том, что лазерная коррекция делается очень быстро и безболезненно. И практически на следующий день человек может возвращаться к обычному образу жизни. То есть, речь идет о 100% фемтосекунтдой технологии. Вопросы фемтосекундных технологий поднимались неоднократно. И на вашем канале, в том числе. Однако, все останавливались на фемтосекундном ЛАСИК, хотя это совершенно не ТОПовая методика.

Я не спорю, д,а эта методика отличная, но для 2000 года, когда она появилась. За это время прогресс шагнул далеко вперед.

— Это к вопросу о трендах в офтальмологии. Расскажите же наконец, что это за методика ReLEx SMILE?

ReLEx SMILE – новая 100% фемтосекундная технология лазерной коррекции зрения. В чем она заключается?

Коррекция зрения может быть выполнена только на специальной машине – фемтосекундном лазере производства исключительно одного производителя — Карл Цейс (Германия).

С его помощью в толщине роговицы пациента создается своеобразная 3D модель роговичной ткани, которую хирург потом извлекает через прокол в 2 мм. При этом происходит коррекция зрения до 100 и более процентов, без повреждения роговицы.

Лазер дшля лазерной коррекции
До появления этого метода все методики лазерной коррекции зрения (включая ЛАСИК, ФРК, фемто-ЛАСИК) выполнялись с повреждением наружной оболочки глаза. В результате появлялась масса осложнений, связанных с этим процессом. В новой методике повреждения роговицы нет, соответственно, нет и этих осложнений.

Но самое важное даже не это. Намного важнее, что новая методика позволяет сохранять здоровой роговицу, не нарушая ее биомеханику. И это научно доказано. Вот это очень важно.

— У меня вопрос о количестве операций, проводимых по этой методике в мире и в России.

В мире на сегодняшний день 1 млн. 800 тыс. пациентов прошли через процедуру лазерной коррекции зрения ReLEx SMILE. И каждый месяц эти цифры увеличиваются даже не в арифметической, а в геометрической прогрессии, так как люди очень довольны полученными результатами.

В России эта методика появилась незаслуженно поздно. Собственно, она разработана в Германии, профессором офтальмологии. Который, кстати, очень часто приезжает в Россию, и у наших пациентов есть возможность даже прооперироваться у автора методики. Собственно, суть технологии в том, что буквально за 25 секунд человеку возвращают 100% зрение или даже выше.

Так вот, если говорить о России, то у нас это метод распространен еще достаточно слабо. Несколько лет тому назад мы под брендом сети немецких клиник «Smile Eyes» начали работать по единым стандартам оказания медицинских и общих услуг. Это очень важно для сбора единой методологической базы выполненных операций, ведь, в итоге — это точность коррекции. Так как, чем больше пациентов прооперировано этим методом, тем больше правок мы можем внести, и тем более точными будут эти операции от раза к разу.

До недавнего времени, в России машины для выполнения операции SMILE имели только несколько центров.

— Почему? 

— Чтобы выполнить эту операцию, нужна определенная установка. Стоимость этой установки почти в два раза больше стандартной установки для фемто ЛАСИКА. Поэтому и частные, и государственные клиники приобретают новое оборудование с очень большим трудом.

Однако важно не только оборудование. Ведь если купил машину, она не будет работать сама. Важны руки хирурга, который понимает эту методику и может ее воплотить.

— Скажите о 25 секундах. Столько длится операция?

— Да.

— У меня вопрос исключительно медицинский, касательно показаний. Вот какие показания для этого оперативного лечения?

— Для Smile показания абсолютно такие же, как для стандартной лазерной коррекции. Операцию не выполняют на больной роговице или с недостаточной толщиной, нерегулярной, с рубцами. Если роговица здорова, и на ней можно выполнить лазерную коррекцию любыми другими методами, выполнение Smile будет более предпочтительно. Но его можно сделать даже в тех случаях, когда другие методики невозможно применить. Например, при тех же тонких роговицах, и это шанс для тех пациентов, которым раньше отказывали в лазерной коррекции.

У методики очень много преимуществ. К примеру, операцию Smile можно провести во многих случаях, когда другие методики не рассматривают пациента, как кандидата. При тех же тонких роговицах, СМАЙЛ – это шанс выполнить лазерную коррекцию для пациентов, которым ранее отказывали.

К нам сейчас активно приезжают со всего мира – из Австралии, Кореи, Китая, из Израиля, из США.

— То есть, Вы занимаетесь медицинским туризмом?

— Да. И очень активно.

— Ну вот центр Федорова, он всегда славился тем, что огромное количество иностранцев уже несколько десятилетий приезжает туда на лечение. Российская офтальмология — это та сфера хирургии, которая за рубежом всегда воспринималась с почетом. Как вы считаете, в плане развития офтальмологии, будет ли эта методика популярна в ближайшие 10 лет? Реально ли ее будущее?

— Конечно. Более того, сегодня большинство клиник очень заинтересовано в ней, и массово обучают хирургов ее выполнению. Правда, когда клиники массово начинают осваивать технологию, могут возникать различные проблемы – технологические, организационные и медицинские. А эта технология — она сложнее в выполнении, чем ее предшественницы. То есть, раньше в методиках лазерной коррекции зрения хирургу очень мало приходилось работать руками. Да, приходилось много просчитывать, но руками хирурги практически не работали.

— К вопросу о стоимости операции. Вот сколько она стоит на рынке?

— Я скажу Вам сразу сколько должна стоить эта операция. Почему? Потому что в ней присутствует довольно затратная часть – лицензия. Производитель дает право работать на его оборудовании только после оплаты лицензии. Каждый глаз – это новая лицензия, новый набор насадок для проведения процедуры.

Затем стоимость самого оборудования, которая достаточно велика. Еще есть стоимость обучения хирурга этой методике, и цена за преподавание ее. Из этого складывается стоимость операции. К примеру, в Европе, она оценивается от 3.5 до 5 тыс. евро за 2 глаза. Я говорю в евро, так как технология европейская. В Великобритании, в свою очередь, эти операции проводятся за 8 тыс. фунтов. Дороже более, чем в 2 раза.

Мы делаем абсолютно все, как в Германии. И некоторые пациенты делают диагностику там и прилетают на операцию к нам, чтобы немного сэкономить и получить услугу быстрее. Вот, к примеру, у меня, 6 операционных дней в неделю, и они могут выбрать любой удобный им день, ведь операция быстрая. Иногда у меня в день бывает 20-30 операций. Это правда очень быстро. Самое важное — правильно наладить рабочий алгоритм.

— Как «ромашка» у Федорова?

— Нет, это абсолютно персональная методика. У нас 100% индивидуальный подход, поэтому и результаты очень высоки. Вот представьте, что при коррекции мы учитываем такое количество параметров, что пациенты, попадая в клинику, очень часто удивляются огромному количеству приборов и числу необходимых исследований.

— Какой пример приведете, какие особые параметры Вы учитываете?

— Ну, прежде всего, это толщина роговицы, геометрия роговицы. Я имею в виду, что мы смотри переднюю и заднюю поверхность роговицы. Мы смотрим ее нерегулярность – есть специальные карты. Причем, если это необходимо, проверяем не одним прибором, а двумя и тремя.

Далее аберрометрический анализ несколькими приборами, обязательная пахиметрия. Компьютерная томография роговицы и ее ультразвуковое исследование. Обследование глазного дна с широким зрачком. Исследование различных типов рефракций (сложные кросс-цилиндры, сложные силовые пробы). Все направлено на то, чтобы мы могли обеспечить пациенту на выходе ту оптику, которая ему нужна.

Этого лишены центры типа Федоровского, к сожалению. Обследование там делает медсестра где-то в кабинете внизу. Хирург может сделать на операции все идеально, но он не видит этого пациента до того. У него нет даже таблицы для проверки зрения. Там система такая: диагностика в одном корпусе, коррекция зрения в другом, а для проверки зрения после операции пациенту приходится возвращаться к диагносту.

Применяемый у нас алгоритм — это и есть 100% немецкие технологии, о которых мы все время говорим применительно к нашей клинике.

Обследование перед лазерной коррекцией зрения

— Скажите, а в Ваших клиниках применяется только методика Smile или есть и другие способы лечения?

— Нет. Мы применяем все известные сегодня методы лечения. Ведь все пациенты абсолютно разные. Есть такие, которым невозможно выполнить Smile в силу их анатомических особенностей. СМАЙЛ, кроме того, невозможен при гиперметропии. То есть, тот стандартный плюс в рефракции этой технологией мы убрать не можем (на сегодняшний день, для коммерческого исследования). СМАЙЛ точно не подойдет людям с глубокими рубцами роговицы. Тут идеальным будет эксимерный лазер, для фемтосекундного очень важна прозрачность. Или докоррекция. Сейчас, к сожалению, очень много пациентов приезжает на переделку – выполнять докоррекцию. А ведь это очень сложно.

— Это Ваши пациенты?

— Нет, это пациенты из других клиник. К счастью, не наши. Я дорожу каждым пациентом, это правда. Все, кто собирается приехать ко мне, могут быть уверены в строго индивидуальном подходе.

— Расскажите об осложнениях, с которыми приходится работать после операций по другим методикам или сделанными в других клиниках.

— Часто пациенты задают вопрос о потенциально возможных осложнениях СМАЙЛ, ведь хирургия не обходится совсем без осложнений. Я объясняю, что при правильном технологическом подходе к этой операции речь не идет об осложнениях – скорее об особенностях.

К примеру, может быть аллергическая реакция. Если она произошла, мы меняем капли. Еще одной реакцией на капли может стать повышение внутриглазного давления. Мы можем говорить о сухом глазе, который контролируется каплями. Все, что может произойти в послеоперационном периоде, у нас контролируется каплями. Это, по большому счету, — не осложнения.

А если речь заходит о настоящих осложнениях, то это может относиться только к прежним технологиям, где формировался роговичный лоскут (крышка). К ним относят ЛАСИК, в том числе и фемто-ЛАСИК. Там осложнений было довольно много, например, складки на лоскуте, врастание под него клеточек. Но самым серьезным осложнением этих методик являлось растяжение роговицы и возникновение кератоконуса. Как правило, это те пациенты, которым противопоказана была вообще лазерная коррекция. Но их не дообследовали, или присутствовал своеобразный хирургический экстрим и вера в «авось». Это очень тяжелые пациенты, которым нередко приходится пересаживать роговицу. А есть пациенты, которые делали докоррекцию и даже пересадку роговицы в другом месте. Они уже на исходе приезжают к нам.

Вывод: если коррекцию выполнили правильно, произойти ничего не может. Если она проведена именно по методике, которая подходит этому конкретному пациенту. Собственно, задача хирурга – провести правильную предоперационную диагностику и выявить подходящую методику.

— Если говорить о заболеваемости населения в целом. Вот Вы сказали, что к Вам приезжают в рамках медицинского туризма, что очень приятно. И это является настоящим трендом, за который сейчас взялось наше государство и управленцы системы здравоохранения. Следующий момент завязан на том, что частная медицина — она более гибкая. Вы сказали, что без труда проводите персонализированную диагностику, операцию, можете организовать и реабилитацию.

Но меня интересует заболеваемость глаз в целом, в популяции. Как наш российский пациент выглядит в плане глазных болезней, и отмечаете ли Вы увеличение количества их сегодня? Ведь все мы постоянно находимся в бизнес-процессах, у каждого есть смартфон и другие гаджеты, ослабляющие зрение. Отмечаете ли Вы это в своей ежедневной практике?

— Знаете, наверное нужно говорить, что увеличение заболеваемости касается разных возрастных групп. Среди молодежи, безусловно, это рост близорукости. Она стала настоящей эпидемией, и Россия по численности близоруких идет вровень со всеми европейскими странами. Намного больше близоруких людей в странах Юго-Восточной Азии – Японии и Корее.

Поэтому мы и говорим о коррекции СМАЙЛ как о возможном выходе для таких людей. На сегодняшний день в Европе не модно носить очки. У человека в очках могут поинтересоваться: «Что, нет денег сделать коррекцию?» Ведь это очень быстро и легко, а потому является хорошей инвестицией в собственное здоровье. На здоровье не нужно экономить и делать дешевые методы.

Говоря о пожилых людях, стоит упомянуть, что у нас растет продолжительность жизни. И за счет этого происходит рост заболеваемости. То есть, мы доживаем до возраста возникновения катаракты, глаукомы, дистрофии сетчатки.

Ну и, наверное, часть заболеваний помолодела, ведь у нас меняется экология, характер питания, сокращается время, проведенное на свежем воздухе, уменьшается двигательная активность. Соответственно, возникают, связанные с этим проблемы. Однако стоит отметить, что проблемой является еще и низкое качество диагностики поликлинического звена. То есть, к нам приходят уже с запущенными стадиями заболеваний или с неправильными диагнозами болезней, которые не путали даже во времена Гиппократа. Думаю, из-за недостаточной подготовки первичного звена, заболеваний стало больше и степень тяжести их повысилась.

— У меня вопрос касаемо ваших управленческих качеств, того, что Вам позволило собрать команду единомышленников – людей, которые с Вами работают. Как Вам удается сочетать медицину с бухгалтерией, пиаром и другими административными делами? Поделитесь этим с нашими молодыми коллегами стоящими перед вопросом об открытии клиники.

— Прежде всего, стоит отметить, что это дело сложное. Открытие клиники и управление ею так, чтобы этот организм жил и развивался. Наверное, это сложнее, чем вырастить ребенка.

Но я человек очень энергичный и практически не устаю. Те, кто успевает со мною бежать в процессе жизни и трудовой деятельности, они и остаются со мной. Со мной работают те люди, которые способны работать в том темпе, в котором работаю я. Это медсестры, это врачи, это администраторы и даже бухгалтерия, ведь у нас огромный документооборот.

Конечно, самое важное – оказание медицинских услуг на самом высочайшем уровне, но есть еще вопросы сервиса, вопросы взаимодействия с пациентами на бытовом уровне.

Обязательное условие – быть в курсе всех новинок. Это посещение всех выставок и конференций, ведение научной работы. Именно это очень-очень важно для жизни клиники в целом. Довольно просто купить хорошее оборудование, но оно само работать не будет. Необходимо запустить процесс оказания медицинских услуг на должном уровне.

— А скажите, сколько сейчас человек у Вас в подчинении?

— Если говорить обо всех, это штат порядка 70 человек. Безусловно, есть люди и на аутсорсинге – бухгалтерия, юристы, с которым я взаимодействую не напрямую, а через помощников. Я не люблю административную работу.

Я врач-клиницист и много оперирую. В день это может быть 20-30 пациентов, на вечер остается консультативный прием, затем ночью — веду блоги. Да, я блогер на известном портале «habr.com», где я рассказываю о лазерной коррекции зрения. Впрочем, не только о лазерной коррекции, там много чего. Я даже получила премию портала, как лучший блогер.

— Поздравляю!

— Спасибо. Это портал для технически образованных людей. Для них я рассказываю о своей работе простым языком, стараясь их заинтересовать. И эти люди приходят, оставляют отзывы. Им интересно и мне интересно.

— Это англоязычная площадка?

— Да, это англоязычная площадка. Сначала это был русскоязычный портал, но произошло объединение, и теперь существует два языка.

— То есть, люди, которые хотят прооперироваться, заходят туда и находят специалиста?

— Ну, в том числе. Действительно, уже были случаи, когда пациенты говорили: «Татьяна Юрьевна, ничего не рассказывайте, я о Вас уже все знаю, я читаю Ваш блог». Они советуют мне писать больше, и это очень приятно.

— А не дублируете ли Вы все это в соцсетях?

— В соцсетях, да, дублируем. И еще есть порталы клиники. Их веду не я лично, так как это такой немного скучноватый для меня формат. А на странички в Инстаграм и Фейсбук пишу лично я. Вообще, все, что от моего имени публично появляется, все обязательно проходит мою цензуру. Ничего не выходит просто так.

Офтальмолог Шилова Татьяна Юрьевна

— Это важная поправка! Вы знаете о том, что с января 2018 года вступил в силу закон о телемедицине. Как Вы считаете, телемедицина – это тренд и как он может отразиться на офтальмологии?

— Если говорить о моей специальности, то единого мнения у меня пока нет. На мой взгляд, чем больше специалист знает, тем труднее ему поставить диагноз дистанционно.

У меня огромная переписка с пациентами. И когда я читаю послания, много информации не хватает. То есть, мне необходимо видеть пациента. Ну, например, пациент пишет: «У меня -5, толщина роговицы такая–то. Подойдет ли мне лазерная коррекция, и каким методом?». А я не вижу карт роговицы, или даже если они есть, то не в том формате. Ведь доктор, который смотрит пациента, он смотрит его своими глазами, и он не заметит то, что он не видит и так. Когда информация получена непосредственно от пациента, она не полная. Пациент просто не знает, что для тебя важно, а что нет, поэтому очень важна очная консультация.

Хотя, если доктор получает изображения исследований, то есть возможность проведения грубой скрининговой диагностики и хотя бы установить, можно оперировать или нет. Поэтому телевизионная медицина в каком-то формате имеет право на существование.

В офтальмологии это очень сложно, но я слышала от коллег, что в педиатрии и терапии, это вполне успешно работает. Поживем – увидим, но врача вживую ничем заменить нельзя. Это скорее от безысходности.

— Вы считаете, что телемедицина — это от безысходности? Эта фраза запомнится нашим слушателям. Тогда еще вопрос. Как Вы считаете, какому количеству пациентов в России необходима хирургическая коррекция зрения?

— Чтобы успокоить тех, кто носит очки и не хочет ничего менять, могу сказать, что с медицинской точки зрения, человек в очках – здоров. Если у него нет других проблем, а только «минус», «плюс» или астигматизм и очки его устраивают, то человек действительно здоров и коррекция ему не нужна.

Но многим людям не нравятся очки, ведь мы живем активной жизнью – плаваем, бегаем, двигаемся. Очень часто очки мешают имиджу. В этом случае, человек переходит на контактные линзы, а они невероятно вредны. Я к ним очень плохо отношусь, ведь вижу массу осложнений инфекционного и дистрофического характера.

Линзы — очень опасный метод коррекции в долговременной перспективе. Они условно безопасны в течение года или двух, но, как правило, нарушается режим их ношения, ухудшается трофика роговицы из-за их присутствия. И на каком-то этапе, человек уже не может их носить. Он обращается за лазерной коррекцией, но ему отказывают, так как линзы переношены и произошли необратимые изменения.

Поэтому когда человек носит очки и они его устраивают – пусть носит. Но если стоит вопрос об использовании контактных линз – лучше сделать лазерную коррекцию.

Хотя, если спросить у «очкарика», хотел бы он избавиться от очков, я уверена: в 99% случаев получим положительный ответ. Люди часто просто боятся слова «операция», но его бояться не стоит. Ведь на сегодняшний день существует методика, которая позволяет сделать коррекцию феноменально быстро, безболезненно и с гарантированным результатом.

— Если говорить о фобиях и страхах тех пациентов, которые к вам приходят. Как Вы с ними боретесь и какой на Ваш взгляд, сегодня основополагающий страх. Почему пациенты так и продолжают носить очки и линзы?

— Существующие мифы и порождаемые ими страхи, имеют длинную бороду, как у Старика Хоттабыча. Они появились очень давно, когда для коррекции рефракции на роговице делались насечки. Или когда выполняли ЛАСИК, ведь он был популярен.

Вообще, первое поколение методов лазерной коррекции зрения — это ФРК. Сейчас говорят: транс-ФРК, эпи-ЛАСИК, но это все ерунда.

— Расшифруйте, пожалуйста названия для наших слушателей.

ФРК – это фоторефрактивная кератотомия. Сегодня про нее говорят, что в процессе операции врач не прикасается к роговице. Это чистой воды лукавство, ведь в процессе операции роговица выжигается площадью примерно 9 мм. Потом она очень долго заживает и для снятия болезненности даже надевается контактная линза. Более или менее человек неплохо себя чувствует при этой методике только к 3-4 дню, а начинает нормально видеть через 2 недели.

Но доктор говорит: «Я же к глазу то не прикасался». Лукавит, ведь при ФРК прожигается полностью и наружный, и внутренний слой роговицы. Но эта методика дешевая и не требует от хирурга умения пользоваться руками.

Ее, если честно, можете сделать и Вы, не имея специального образования. Нажал на педаль, лазер все выжег – и все. Это первое поколение методик лазерной коррекции зрения.

— Позвольте, я не буду делать операций без образования.

— Второе поколение методик лазерной коррекции зрения – это ЛАСИК или фемто-ЛАСИК, не важно, как он называется. Данная технология предполагает формирование крышечки – флэпа, когда некоторая площадь поверхности роговицы срезается. Далее эксимерный лазер выпаривает роговицу. Меня часто спрашивают: «А лазер холодный?» Нет, эксимерный лазер вырабатывает тепловую энергию, которая вызывает ожог. Наверняка, сейчас те, кто делал ЛАСИК, вспоминают, что в определенный момент чувствовали запах паленого.

Третье поколение методов лазерной коррекции — ReLEx SMILE. Здесь не происходит никакого выпаривания. Просто фемтосекундный лазер в середине роговицы выкраивает часть ткани – тонкую лентикулу.

Чтобы слушателям было понятно, это часть ткани моделируется в форме линзочки микрооперфорациями, частота которых 10-15. И хирург своими замечательными руками с помощью великолепных хирургических навыков (потому, что это действительно так) извлекает через вход в 2 мм эту тонкую лентикулу. Но поверхность роговицы остается абсолютно нетронутой. В этом весь смысл. Вход очень маленький, а хирург работает только в той зоне, которая интересует. Чтобы было понятно радиослушателям, это как удалить желчный пузырь. Можно разрезать живот на всю длину и открыть брюшную полость, достать пузырь, а потом зашить большой разрез, это будет ЛАСИК. А вот если провести операцию эндоскопически – это будет СМАЙЛ. Конечно, людям лучше получить эндоскопическую услугу.

— Есть ли государственные клиники, которые приняли этот метод на вооружение?

— Да, конечно есть. К примеру, Федоровский центр. Правда, это не головное учреждение Москвы, а филиалы, которые находятся за Уралом – в Иркутске и Екатеринбурге. У тамошних специалистов уже очень большой опыт работы, но там, к сожалению, нет возможности индивидуализации. Хотя оборудование есть и делают очень много. Они даже инструменты под эту технологию разрабатывают.

В Московском центре Федорова необходимый фемтолазер поставили только в начале этого года. И сейчас хирурги осваивают эту методику. Так что, в общем-то, даже консервативный Федоровский центр решился на внедрение этой методики.

— В государственных клиниках наверняка есть субсидии или квоты на такие операции?

— Нет, такие операции все платные всегда. Государство их не субсидирует, так как это раздел эстетической медицины. Хотя некоторым пациентам действительно такую операцию нужно провести по медицинским показаниям (например, большая разница в оптике между глазами, или астигматизм и непереносимость очковой коррекции). То есть, существует определенная группа людей, которым лазерная коррекция зрения должна быть проведена по показаниям. Но, в массе своей, это процедура платная и человек должен знать, за что он платит. Качественная хирургия не может стоить дешево.

— Любая качественная медицина или любой качественный продукт не может стоить дешево.

— На сегодняшний день на рынке очень много предложений с низкой ценой, и люди идут. Но такая коррекция, как правило, выполняется не просто на лазере первого поколения, а на допотопной машине. Иногда про такие говорят: «Мы поставили лазер 20 лет назад, и он до сих пор работает как часы». Это все равно старая машина. Она устарела морально, она дает высокое тепловое облучение, которое вызывает значительное повреждение ткани. И это совершенно другая точность, ведь меняется все. Мир меняется.

— Об изменении мира. Я уже говорил, что все мы каждый день находимся за компьютером, в Интернете, в планшетах. Хотелось бы от вас услышать несколько советов, как уберечь свое зрение. Как за ним следить, какие есть методы профилактики?

— Наверное, я буду банальна, но скажу, что лучшая профилактика – это регулярные осмотры офтальмолога. Безусловно, осмотры с расширенным зрачком, потому что только так мы видим глаз изнутри. Никогда не отказывайтесь от этого или даже настаивайте на расширяющих зрачок каплях. Доктор должен быть хорошим, а таких найти довольно сложно, а осмотр – правильным.

Еще можно добавить правильное питание с отсутствием рафинированной пищи и высокоусвояемых углеводов и пр.

— Как оздоровить глаза в условиях мегаполиса?

Во-первых, нужно достаточное время проводить на свежем воздухе. Сейчас уже есть научные данные японских ученых, что 3 часа в день нам нужно проводить на свежем воздухе. Ведь нам не хватает солнечного света и соответственно тех факторов, которые способствуют поддержанию здоровья глаз.

Плюс, конечно, очень важен активный образ жизни и занятия такими видами спорта, в которых часто меняется фокусное расстояние – теннис, бадминтон и пр. Нам нужно отвлекаться от монитора компьютера, ведь длительная фокусировка в одной точке – это очень плохо.

— Татьяна Юрьевна, хочу Вас поблагодарить за столь полные и понятные ответы. Я думаю, что у наших слушателей практически не осталось вопросов. А если они даже остались, возможно они зададут их в Вашем блоге.

С благодарностью, мы пожелаем Вам успехов в реализации творческих решений, ну и будем следить за Вашими достижениями. Успехов Вам и, еще раз спасибо.

Спасибо, Муслим. Спасибо, дорогие радиослушатели.

Запишитесь: